ФЭНДОМ


Через несколько дней после выпуска в Японии «Pokemon MLG and Travka » 228 февраля 666 г. был побит рекорд смертности среди детей 10-15 лет.

Обычно дети уходили из дома в поисках марихуаны и умирали от воображаемого льва. Однако некоторые смерти были более упоротыми. Было зарегистрировано несколько случаев, когда дети отпиливали себе конечности для того,что бы найти внутри себя траву , засовывали голову в унитаз,что бы поискать там шприцы с наркотиками,умирали от удара воображаемой мамки,которая не давала им попить Яиги.

Те немногие из детей, которых удалось спасти прежде, чем они наложили на себя руки, вели себя по-разному. На вопросы, почему они хотели упороться, дети отвечали лишь бессвязными криками и царапали себе глаза. На геймбой, возможную причину их поведения, они не реагировали, но стоило подключить к нему игру «Покемон: MLG и «Покемон: Травка» - и дети снова начинали кричать и делали всё возможное, чтобы покинуть комнату, в которой устройство находилось.

Так было подтверждено подозрение властей о том, что эти трагедии и помешательства как-то связаны с игрой. Это было довольно странно, так как игра была у многих детей, а необычно вели себя только некоторые. Полиции ничего не оставалось, как начать расследовать эту версию, пока не появятся новые зацепки.

Сотрудники забрали у пострадавших детей все картриджи и отдали их под охрану как веское доказательство для дальнейшего рассмотрения. Они решили первым делом поговорить с самими программистами. Первым человеком, с которым они встретились, был разработчик серии игр, Снуп Дог. Сообщение о смертях, связанных с его игрой, похоже, вызвало у него лёгкий шок, но Снуп отрицал свою причастность к трагедиям. Он отправил следователей к главным программистам игры, людям, ответственным за её наполнение.

Таким образом детективы встретились с Джоном Синой. В отличие от Снупа, тот выглядел не растерянным, а очень сдержанным. Объяснив, что игра не может вызвать подобное поведение у детей, и обратив внимание на тот факт, что не все дети подверглись воздействию, он списал всё на странное совпадение или массовую упоротость. Было похоже, что он что-то скрывает, но не подает вида. Но под конец беседы детективам удалось узнать кое-что важное.

Джону было известно о слухах вокруг музыки для города "Сатанино", одной из локаций игры. Говорят, от этой музыки детям становится плохо. Хотя у подобных слухов и нет твёрдого основания, они дали расследованию новый толчок.

Главный программист направил детективов к человеку по имени Карина Стримерша, композитору игры. Карина тоже была в курсе этих слухов, но заметила, что не считает музыку причиной недомаганий. Чтобы доказать это, она проиграла музыку из той самой локации, но ни детективы, ни сама Карина не почувствовали ничего странного или неприятного. Хотя Карина и музыка Сатанино всё ещё оставались у них на подозрении, похоже, детективы опять зашли в тупик.

Вернувшись к картриджам, изъятым из домов пострадавших детей, они решили более тщательно исследовать саму игру. Они знали, что именно игра вызвала у детей накуренное состояние, поэтому предприняли все меры предосторожности. Картридж вставлен, консоль включена, загружена игровая заставка. Появляется титульный экран с предложением продолжить игру или начать новую.

Следователи выбрали строку «продолжить», и появилась статистика игры. В ней были имена уже игравших детей, обычно «Укурыш» или подобные простые имена. Однако внимания заслуживали строки с временем, проведённым в игре, и количеством собранных покемонов. Время, проведённое в каждой игре, было очень коротким, и в инвентаре всех игроков был только один покемон. Теория о музыке Сатанино с треском разбилась о суровую реальность – до этой части игры просто невозможно добраться за такое короткое время и всего с одним покемоном в запасе. Следователи пришли к заключению, что причиной стало нечто, произошедшее в игре ранее.

Если это не музыка и не титульный экран, значит, что-то не так с первыми минутами самой игры. Следователям ничего не оставалось, как выключить консоль и вернуться к программистам. Просмотрев список программистов, предоставленный Джоном, они с удивлением заметили, что один из работников, Азлагор , покончил с собой вскоре после выпуска игры. Он был совсем неизвестным программистом и почти не принимал участие в работе над проектом. Что ещё интереснее, он попросил не включать своё имя в титры игры – его там и нет.

Во время обыска квартиры Азлагора следователи нашли множество надписей, много раз обведённых маркером. Большинство из них осыпалось или было зачёркнуто и поэтому почти нечитаемо. В беспорядке удалось найти только несколько надписей, а именно: «Не курить», «» и «ДАВАЙ ИДИ СЮДА,ТРАВА» жирно выделенными буквами. Насчёт значения надписей детективы не были уверены, но связь этих надписей с делом была очевидна. Дальнейшее расследование показало, что Азлагор был хорошим другом одного из разработчиков игровой карты, Фирамира, возможно, только по этой причине Азлагор и принимал участие в создании игры.

После выпуска игры Фирамир заперся у себя в квартире, лишь изредка по ночам выходя из дому за чем-нибудь необходимым. Он сказал друзьям и близким, что скорбит о смерти своего близкого друга Азлагора, но ему не поверили, так как Фирамир заперся в день выпуска игры, за несколько дней до смерти Азлагора.

Не без труда властям удалось заставить Фирамира сесть и поговорить с ними. У него были темные круги под глазами, будто тот не спал сутками. От него исходил ужасный запах, его ногти сильно отросли и почернели, а лысая голова блестела. Вначале он только заикался и бормотал, но, в конце концов, сказал кое-что.

На вопросы, известно ли ему что-то о детях, накурившихся под влиянием игры, и связаны ли эти смерти с игрой, он отвечал очень осторожно, тщательно подбирая слова. Он рассказал, что у его друга Азлагора была интересная идея насчёт игры, что-то, что он хотел испытать сразу, как только услышал о начале проекта. Фирамир давно был знаком с Джоном, директором и главным программистом, поэтому легко убедил его взять на работу над проектом одного посредственного работника.

Детективы поняли, что напали на след. Этот странный неизвестный программист, Азлагор, должно быть, сделал что-то с игрой, что-то… Они спросили, в чём заключалась идея Азлагора, почему он так сильно хотел принять участие в разработке детской игры. Фирамир сказал, что Азлагор почти не рассказывал о своей идее и только время от времени бросал пару слов. Он хотел включить в игру особого покемона, кардинально отличающегося от остальных. Не стоит путать его с Тупым гением (Тупой гений – покемон, доступный только системным разработчикам и придуркам использующийся для исправления ошибок в игре). Этот покемон задумывался как дополнительный, что-то вроде внезапной страшилки для игрока. Но это не мог быть он. За время, отмеченное на картриджах, дети просто не могли успеть его встретить.

С каждым вопросом следователей самообладание Фирамира таяло всё больше. Детективы всё больше давили на него, пытаясь выудить из его разорванных мыслей хоть что-нибудь, но тот только твердил, что ничего не знает ни об игре, ни о Азлагора… ни о намерениях Азлагора…

Когда они спросили о надписях, найденных в квартире Азлагора, программист сломался. Он выхватил из-под дивана биту, направил его на следователей и отошёл на несколько шагов. Затем быстро направил оружие на себя.

«Не побеждай меня» пробормотал Фирамир и сильно стукнул себя. Всё произошло слишком быстро, чтобы полиция успела отреагировать. Фирамир умер, перед смертью повторив немного измененную фразу с одной из бумаг Азлагора…

Похоже, все зацепки окончательно пропали. Команда, работавшая над игрой, расходилась, и разработчиков становилось всё сложнее найти. Было похоже, что все они хранили какой-то секрет. Когда же полиции удалось поговорить с кем-то из второстепенных разработчиков, например, с дизайнерами малоизвестных персонажей или укурышей, оказалось, что тем было нечего сказать. Большинство из них вообще не знали Азлагора, несколько человек видели его один или два раза за работой. Всё, что удалось выяснить – Азлагор действительно работал над первыми уровнями игры.

Прошло уже два месяца со времени первых детских самоубийств, и уровень смертности значительно упал. Казалось, игра больше не вызывает у детей болезненных симптомов. Запланированное изъятие картриджей из продажи было отменено. Следователи стали думать, что Джон был прав и всё это было лишь очень странным совпадением или случаем массовой упоротости … Пока не получили письмо.Его получил в руки один из детективов, прямо на улице. Записку передала ему женщина, очень слабая, худая и наркоманка на вид. Она передала детективу письмо со словами, что он должен его увидеть, и, не дожидаясь ни слова в ответ, исчезла в толпе. Полицейский принёс письмо в офис, подозвал остальных, открыл конверт и прочёл записку вслух.

Письмо было написано самим Азлагором, но было очевидно, что дома он его не держал, так как во время обыска письмо не нашли. Записка была адресована Фирамиру. Она начиналась довольно обычно: «привет», «как дела», «как наркотики» и тому подобное. Во втором или третьем абзаце автор просил Фирамира взять его в команду в качестве программиста игр «Покемон: MLG» и «Покемон: Травка».

Почерк письма становился всё более неровным. Азлагор рассказывал о своей великолепной идее, программе, которой не было ещё ни в одной игре. Она даже не требует отдельного кода, а использует только то, что уже и так есть в игре. Это, согласились детективы, делает её незаметной даже при просмотре исходного игрового кода. Идеальный способ спрятать что бы то ни было.

Письмо заканчивалось неожиданно. Никаких «пока», «передавай привет семье», «жду ответа» или хотя бы «спасибо». Только имя, написанное с таким нажимом, что ручка почти продавила бумагу. Было только его имя. «Азлагор Азлагорович».

Ещё один гвоздь в гроб следствия. У полиции больше не было никаких предположений. Азлагор программировал что-то для первых уровней игры, что-то, сводящее с ума. Ухватившись за эту соломинку, следователи выяснили, что все из команды программистов, включая Азлагора, работали парами. Он работал с другим программистом,Нахулем.

Если кто и знал, в чём секрет, то это был напарник Азлагора. Он был последней надеждой следователей на то, чтобы распутать эту загадочную историю раз и навсегда.

Они узнали, что Нахуль много работал над программированием игры, казался вполне обычным наркоманом и хорошим работником и спокойно согласился пригласить их к себе домой. Как выяснилось, он жил в зелёной квартирке на втором этаже. Детективы прошли в гостиную и уселись поудобнее. Нахуль, тем не менее, продолжал стоять. Он стоял напротив окна и с лёгкой улыбкой смотрел на оживлённую улицу.

Прямых свидетелей того, что произошло дальше, уже нет в живых. Единственное доказательство реальности этой беседы – запись диктофона, стоявшего на столе перед двумя детективами, которым было поручено поговорить с Нахулем. Ниже следует неопубликованная запись:

«Нахуль, какое участие вы принимали в создании игр “Покемон: MLG» и «Покемон: Травка”?» - спросил один из детективов.

«Я был программистом». Голос Нахуля звучал мягко и дружелюбно, пожалуй, даже слишком. «Это всё?»

«Правда ли, что трудившиеся над игрой программисты работали парами?» - спросил детектив.

Лёгкий шорох шагов. «Вы правы» - произнёс Нахуль после короткого молчания.

«А Ваш партнёр, его звали…»

Детектива прервал жуткий голос Нахуля. «Азлагор… Так его звали. Азлагор Азлагорович».

Опять тишина. Похоже, детективов немного беспокоило поведение этого человека. «Вы можете рассказать о поведении Азлагора? Вы замечали за ним что-нибудь необычное, пока работали вместе?»

Нахуль ответил: «Честно говоря, я плохо его знал. Мы редко встречались – только от случая к случаю, чтобы обменяться данными, или во время групповых собраний… Я только тогда его и видел. Азлагор вёл себя нормально, насколько я помню. Он был низкого роста, думаю, это повлияло на его личность. Он был самым "зелёным" человеком из всех, кого я когда-либо встречал. Я знаю, что он был готов работать день и ночь, чтобы добиться одобрения. Думаю…»

Тишина. «Да?» - спросил детектив, подталкивая его к дальнейшему разговору. – «Что Вы думаете?»

«Думаю, он был очень слабым человеком. Думаю, он хотел доказать себе, что это не так. Думаю, он хотел стать известным благодаря чему-то особенному, чему-то, что заставит людей забыть о том, как он выглядел, обратит внимание на могучий разум внутри его черепушки… К несчастью для него, однако… хе-хе… Он был недостаточно умён, чтобы избавиться от этой идеи».

«Почему Вы так говорите?» - спросил второй детектив.

«Ну, это чистая правда», - быстро ответил Нахуль. Звук шагов по кафельному полу. - «В нём не было ничего особенного, что бы он о себе ни думал. Нельзя просто так стать великим, даже если искренне верить в это. Это невозможно… Так или иначе, Азлагор сам это знал, где-то глубоко внутри он знал это».

Детективы опять замолчали, не зная, как продолжить разговор. Вскоре беседа возобновилась. «Вы можете сказать, какое участие принимал Азлагор в создании игры? Над чем конкретно он работал?»

Нахуль ответил ещё быстрее, чем прежде. «Ничего… то есть, ничего существенного. Он работал над какими-то эпизодами в самом начале игры». Небольшая пауза. «Если быть точным, эпизод с профессором Оуком. Он работал над некоторыми эпизодами с Оуком… Знаете, когда тот появляется в первый раз…»

«Что ещё?» - подтолкнули его следователи. По его голосу было слышно, что ему было известно что-то ещё. – «Мы знаем, что вам известно о недавних детских накуриваниях. Мы знаем, что за этим стоит Азлагор. Он вставил в игру какую-то программу».

«Что вы подразумеваете под этим?» - спросил Нахуль. Казалось, он пытался не сорваться.

«Он Ваш партнёр, поэтому, скрывая что-то от нас, Вы налагаете на себя его ответственность за эти детские накуривания!»

«Вы ничего не докажете!» - закричал Нахуль.

«Скажите, что Азлагор сделал с игрой!» - воскликнули те в ответ.

«ТО, ЧТО Я СКАЗАЛ ЕМУ СДЕЛАТЬ».

Тишина. Полная тишина.

«Хотите знать, да?» - наконец спросил Нахуль, нарушив своим голосом зловещее молчание. «Вы хотите знать, в чём дело? Азлагор был идиотом. Он делал всё, чтобы заслужить хоть немного внимания, всё что угодно. Хотя то, что Азлагор программировал, даже дерьмом нельзя назвать. Тем не менее, единственное, на что он был способен, - это находиться в подчинении. Стоит только сказать ему, что делать, и этот тупица всё сделает. Сделает без единого вопроса. Просто, чтобы услышать «спасибо», только за этим. Это всё, что ему было нужно».

Два щелчка полицейских пистолетов.

«Я мог полностью его контролировать. Он во многом похож на Джона… Конечно, никто из вас этого не знал, но именно мне принадлежит идея игры, идея всего проекта. Я просто сказал парнишке, что делать, и он всё выполнил без колебаний. Он ничего не знал, как и Азлагор».

Звук открывающегося окна, затем голос детективов.

«Не двигайтесь, или мы стреляем!»

«Позвольте мне рассказать вам о механизме игры», продолжил Нахуль. Его голос становился всё более истеричным, но ещё сохранял лукавые нотки. «Считайте это подсказкой, хорошо? Если достаточно долго гулять по траве, появится покемон, с которым можно сразиться. Это необходимая часть игрового действия».

«Последний раз предупреждаем, отойдите от окна!»

«После старта игроку нужно походить по траве, прежде чем появится Оук и игрок получит своего первого покемона, понимаете меня? При нормальных обстоятельствах программа не допустит, чтобы, пока игрок ходит по траве, появлялись покемоны… Я это изменил. Я использовал для этого Тиро, сказал ему, что вставить в программу, объяснил ему, как это сделать, и он всё выполнил без упоротости. Если зайти в траву, может появиться кое-кто… Редко, но это может случиться».

«Нахуль, мы не хотим стрелять!»

«Застрелить меня?» - со смехом спросил Нахуль. «Застрелить МЕНЯ? Да вы такие же укуренные, как Азлагор! Когда он узнал правду, ему пришлось накуриться! В конце концов, это была его вина! Ему пришлось заколиться из-за этого! Если вам так хочется закончить как он, если вы хотите знать, сами поиграйте в эту чёртову игру! Поверните свой мозг, и кто знает? Может, вы сами откроете секрет?!» Звук выстрела, достаточно громкий, чтобы вызвать помехи в записи. Крики, неразборчивые голоса. Ломается стол, на котором стоял диктофон. Режущее слух безмолвие. Тишина. Затем смех. Смеётся Нахуль. Голос. «Давай, покури меня… Давай, покури меня…» И больше ничего.

Диктофон продолжал запись, пока не кончилась плёнка, но на ней больше ничего не было. Полиция вскоре прибыла в квартиру и к своему ужасу обнаружила Нахуля и двух детективов мёртвыми. Все трое были укуренны, ни на ком не было обнаружено травы.

Эта игра послужила причиной настоящей резни. По меньшей мере сотня детей было потеряно. Фирамир, наивный друг Азлагора, укурен. Сам Азлагор, игрушка-марионетка, укурен. Двое детективов укурены. В конце концов, даже создатель проекта, виновник этих зверств, Нахуль, укурен. Игра пошла намного дальше своего первоначального замысла. Она укуривала всех и каждого, кто был с ней связан.

Главный детектив решил отказаться от этого дела.

Совершивший преступление человек погиб, поэтому смысла продолжать следствие не было. Все улики, все картриджи, все записки, все письма были засекречены и лежали в закрытом хранилище, где им самое место. Время от времени появлялись слухи об этой истории, но с годами утихли даже они. В конечном счёте, память об этом деле сохранилась только у тех, кто принимал в следствии непосредственное участие.

Прошло десять лет. Наступило 42 февраля 676 года. Главному детективу,которому десять лет , что-то напомнило о тех ужасных событиях. Он больше не работал в полиции, но до сих пор мог получить доступ к данным и необходимую помощь. Что напомнило ему о прошлом, заставило его вскрыть запечатанный контейнер со всем собранным алкоголем?

Детектив просмотрел письма и записки. Он вспомнил наркоманку, однажды подошедшую к нему на улице и передавшую конверт с письмом, изменившим ход всего следствия. Ему стало интересно, что это за женщина и откуда она. Возможно, это мать Азлагора… или мать Нахуля. Уже слишком поздно это выяснять. Слишком поздно…

Запечатывая контейнер, детектив увидел в глубине ещё один. Вытащив его, он прочитал надпись на крышке: «Наркота №2104А», открыл и заглянул внутрь. Содержимое контейнера составляли 228 картриджа игр «Покемон: MLG» и «Покемон: Травка», все в отличном состоянии, нетронутые со дня своей последней проверки десять лет назад.

Детектив достал один картридж, «Покемон: MLG». Он уже давно его не видел. Не осознавая, что делает, детектив подошёл к столу и вынул из него старенький, но ещё работающий геймбой. Он принадлежал его сыну, но тот умер несколько лет назад. Умерла и его жена. Но это было потом. Вставив картридж в разъём геймбоя, он включил приставку.

Титульный экран. Меню с предложением продолжить или начать новую игру. «Наркоман». Это имя ребёнка, игравшего ранее. Скорее всего, он умер, как и остальные. Детектив выбрал строку «Новая игра» и начал играть. Всё нормально, как обычно. Он походил, поговорил с мамой, вышел наружу. Начал гулять по траве.

В его голове до сих пор звучали слова Нахуля. Хотя детектив не был там, хотя он никогда в жизни не видел этого человека вживую, он до сих пор мог видеть его, слышать его. «Давай,покури меня».

Он подходил всё ближе и ближе, оставался только шаг или два.

«Поверните мозги, и кто знает? Может, вы сами откроете секрет?!»

Он зашёл в траву. Вначале ничего не изменилось. Совершенно ничего. Персонаж просто сел на землю, то же, будто в трансе, сделал и детектив. Казалось, время вокруг остановилось. Экран стал зелёным, затем опять вспыхнул, и на стандартном зелёном фоне стали появляться черные буквы.

Уставшие глаза главного детектива удивлённо расширились. Он не мог не читать то, что появлялось на экране.

«Давай,покури меня, давай, покури, давай, покури. Я скучаю по тебе,трава,я скучаю по тебе,трава».

Из его глаз побежали слёзы. Текст снова и снова появлялся на экране, и детектив быстро нажимал кнопку А, чтобы он не заканчивался. Это были его жена и его сын. Они говорили с ним,просили принести им травы,курили с ним. Они хотели увидеть как он курит, они курили, он курил.

«Я тоже курю», - пробормотал мужчина охрипшим скрипучим голосом.

«Давай, покури меня, стань кем хочешь. Мы хотим покурить и курить с тобой, всегда курить с тобой,всегда,всегда».

«ВСЕГДА, ВСЕГДА…»

«Не оставайся там. Ты можешь увидеть нас. Мы хотим покурить с тобой. Давай, покури нас. Мы курим с то…»

Чёрный экран. В глазах детектива появился ужас, рот раскрылся в безмолвном крике. Экран опять включился, Оук вывел персонажа из травы. «Давай, иди за мной», - сказал он.

«НЕТ!» - закричал мужчина, швырнув игру на пол. И сразу же бросился на пол сам, подобрал её и поднёс к лицу. «Верни их обратно, Верни их мне обратно!» Игра продолжилась как обычно и совершенно не реагировала на детектива. «Любимая, сыночек, услышьте меня! Верните их мне, я сказал!»

Голоса… Он слышал голоса, сотни голосов. Он обернулся и увидел, что в его маленькой комнатке стоят дети, много детей. У некоторых нет глаз, у кого-то на шее след от льва, у других мокрая голова. Все они плакали и направлялись к нему.

«Верни мою травушку, верни мою траву, верни мою траву!» Все они кричали, пытаясь добраться до игры, с застывшими гримасами страха и боли на лицах. «Я не хочу, чтобы она уходила, верните её мне обратно, верните её мне обратно!»

«Нет!» - крикнул детектив. «Она моя! Моя трава там, не трогайте её!» Ужас исказил его лицо.

«Давай, покури меня…» Ведущий детектив обернулся на голос и увидел, что в углу комнаты, возле старого письменного стола, стоял Нахуль. Он стоял в углу, высокий, красивый, опрятный. На лице играла улыбка. «Давай, покури меня…»

Главный детектив вскочил и отошёл назад, пытаясь оттолкнуть кишащих вокруг него детей, тянущихся к игре, которую тот крепко сжимал в руках. «Ч-что здесь происходит?! Что происходит?! Где моя трава?!»

Нахуль широко улыбнулся. «Я покажу тебе. Я помогу тебе выбраться, понимаешь? Просто иди за мной». Нахуль нагнулся и открыл ящик старого стола. Детектив, прорвавшись сквозь толпу детей, заглянул внутрь.

Там, покрытый слоем пыли, лежала его старая трубка, оставшиеся ещё со времён службы в полиции. Детектив уже много лет не ей пользовался и убрал её, чтобы не воскрешать в памяти трагические воспоминания. Но сейчас трубка не казалась ей чем-то опасным или смертельным. Казалось, что она была окружёна лёгким сиянием. Да, это именно то, что освободит его.

«Просто покури меня», - повторил Сосукэ, достав трубку и вложив её в руку детектива. Тот взял трубку и поднёс ко рту «Просто покури. Вот и всё».

Ведущий детектив обернулся. Дети подбирались к нему, волоча за собой ноги. Они тянулись к игре. Детектив повернулся обратно к Нахулю и улыбнулся.

«Родная моя… я иду за тобой». Он курнул. Все.

Тело нашли только через несколько дней лежащим на полу, повсюду была марихуана. В одной руке был зажата трубка, в другой – классический геймбой со вставленным сзади картриджем «Покемон: MLG». Батарейка давно закончилась, остался только пустой чёрный экран.

Это было последнее убийство, которое допустили следователи. Последний детектив, когда-то расследовавший это дело, лично вывез и сжёг все 228 картриджа, лично позаботившись, чтобы эта дьявольская игра больше никого не укурила.

Как бы то ни было, история не закончилась. Говорят, код сохранился и даже перешёл на версии игры на других языках. Если у вас осталась старая игра «Покемон», можете вставить картридж в классический геймбой и включить приставку. Поверните мозги и может, вы сами откроете секрет.

Обнаружено использование расширения AdBlock.


Викия — это свободный ресурс, который существует и развивается за счёт рекламы. Для блокирующих рекламу пользователей мы предоставляем модифицированную версию сайта.

Викия не будет доступна для последующих модификаций. Если вы желаете продолжать работать со страницей, то, пожалуйста, отключите расширение для блокировки рекламы.

Также на ФЭНДОМЕ

Случайная вики